В интернет-компанию обратился заказчик с просьбой сконструировать интернет-сайт. Стороны заключили договор на создание сайта, в котором прописали его подробное описание, сроки выполнения работ и стоимость. Они определились, что сроки выполнения работ и сдачи промежуточных результатов (всего семь этапов) могут соразмерно отодвигаться, если заказчик задержит оплату по графику платежей.

Интернет-компания получила аванс и приступила к созданию сайта. Этапы выполнялись один за другим, заказчик их исправно принимал, но оплату задерживал. Очередная оплата была задержана более чем на два месяца, но интернет-компания все равно исполнила половину последнего этапа - программирования сайта - и предложила заказчику принять результат на свои хостинг и сервер, это действие завершило бы последние 50% последнего этапа обязательств перед заказчиком. Заказчик в конце концов с интернет-компанией рассчитался, но хостинг не предоставил. С момента подписания акта выполненных работ на шесть полных этапов и половину седьмого заказчик пропал, а через три месяца вышел на связь и потребовал свои деньги обратно.

Главным мотивом претензии и последующего иска в арбитражный суд заказчик указал утрату интереса к результату работ интернет-компании из-за слишком долгого процесса изготовления сайта. Довод интернет-компании, что это вина заказчика, остался без внимания.

Суд первой инстанции обратил внимание, что договор содержит указание на исполнителя и заказчика, что в соответствии со ст. 779 ГК РФ указывает на договор возмездного оказания услуг, тогда как предмет договора содержит квалифицирующие признаки договора подряда. В иске истец (заказчик) указал, что договор расторгнут в связи с утратой интереса к результату работ ответчика.

Ответчик подал встречный иск - взыскание неустойки за односторонний отказ от исполнения договора в размере 50% от стоимости услуг.

В этот момент перед судом встала дилемма - если удовлетворить иск заказчика, получится, что суд посчитал ненадлежащим процесс работы, тогда как истец просит вернуть деньги из-за утраты интереса к результату, отрицая, что предметом договора был процесс изготовления сайта. Если договор квалифицировать как договор услуг, то иск ответчика удовлетворению не подлежит - применить неустойку за односторонний отказ от исполнения договора нельзя, это прямо противоречит ст. 782 ГК РФ, зато это можно сделать по договору подряда, но стороны полагают свое соглашение договором услуг. Ответчик во встречном иске просит неустойку за то, что не смог довести работу до конца из-за ненадлежащего исполнения заказчиком своих обязательств по договору и за односторонний отказ от его исполнения.

Логично, что по договору услуг заказчик платит за процесс оказания услуги, а не за результат, и если истец настаивает на квалификации договора услуг, а не подряда, то на стороне ответчика неосновательного обогащения нет, убытков у заказчика тоже нет, ведь процесс был, и акт выполненных работ, подписанный без замечаний, это подтверждает. Иными словами, если квалифицировать соглашение как договор услуг, то ни первоначальный, ни встречный иски удовлетворению не подлежат. Круг замкнулся на определении правовой природы договора.

Может ли договор услуг содержать в своем предмете указание на результат деятельности или действий исполнителя?

Статья 779 ГК РФ указания на ожидаемый результат не содержит, в отличие от ст. 702 ГК РФ: по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В юридической науке специалисты выражают мнение, что результат может быть предусмотрен договором услуг. К таким юристам можно отнести судью КС РФ А. Кононова, который в рамках Постановления КС РФ от 23.01.2007 N 1-П по делу о проверке конституционности положений п. 1 ст. 779 и п. 1 ст. 781 ГК РФ в связи с жалобами ООО "Агентство корпоративной безопасности" и гражданина В. Макеева (дело о гонораре успеха) в своем особом мнении пишет: "В правовой доктрине до сих пор существует сильное подозрение, что и в договоре услуг возможно соглашение о достижении определенного результата, хотя бы в виде некоторого нематериального эффекта. Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в упомянутом информационном письме признает и вполне материальные последствия исполнения договоров возмездного оказания юридических услуг - в виде, например, письменных консультаций и разъяснений, проектов договоров, заявлений, жалоб и других документов правового характера. А что более материально для заказчика, чем получение или неполучение с юридической помощью денежных сумм, имущества или иных материальных благ?"

КС РФ в упомянутом Постановлении придерживается другой точки зрения: "Определяя исчерпывающим образом такое существенное условие договора, как его предмет, федеральный законодатель не включил в понятие предмета договора возмездного оказания услуг достижение результата, ради которого он заключается. Выделение в качестве предмета данного договора совершения определенных действий или осуществления определенной деятельности обусловлено тем, что даже в рамках одного вида услуг результат, ради которого заключается договор, в каждом конкретном случае не всегда достижим, в том числе в силу объективных причин..."

В то же время Президиум ВАС РФ в своем Постановлении от 24.01.2012 N 11563/11 по делу N А41-27081/10 к обязанностям исполнителя по договору возмездного оказания услуг причислил не только совершение определенных действий (деятельности), но и предоставление их результата заказчику, ссылаясь на указанное А. Кононовым информационное письмо Президиума ВАС РФ от 29.09.1999. Президиум также указал, что обязанности исполнителя предполагают различную степень прилежания при исполнении обязательства, и если в первом случае (деятельность без указания на результат) исполнитель гарантирует приложение максимальных усилий, то во втором (деятельность с гарантией результата) - достижение определенного результата.

Данные позиции, на наш взгляд, не отражают сущности понятия "результат" в приведенном нами споре между интернет-компанией и ее заказчиком, потому что говорят не столько о результате как о ценности, сколько о качестве работы. Так, оказывая парикмахерские услуги, исполнитель не может гарантировать, что результат его работы доставит эстетическое наслаждение клиенту, но к какому-нибудь результату в конце концов его деятельность приведет. То есть отводить существенное значение эстетическому наслаждению от созерцания новой прически клиентом в предмете договора парикмахерских услуг крайне неразумно, потому что результат в данном случае слишком субъективен, не подлежит объективной оценке и не зависит от воли исполнителя. Клиент может лишь довериться профессионалу, на что и ориентирован договор возмездного оказания услуг, априори предполагающий, что качество гарантируется, помимо прочего, личным оказанием услуг исполнителем (ст. 780 ГК РФ).

Несмотря на то что в первоначально рассматриваемом нами споре стороны определили свое соглашение как договор услуг, суд пришел к выводу, что договор является подрядным. Применяя норму ст. 717 ГК РФ, суд посчитал, что если заказчик отказался от исполнения договора подряда, то он должен оплатить часть работ, выполненных подрядчиком до прекращения договора. Учитывая, что заказчик принял шесть полных этапов работ и половину седьмого этапа, а оставшуюся часть седьмого этапа подрядчик исполнить не смог из-за непредставления заказчиком хостинга для размещения на нем сайта, суд посчитал работы выполненными в полном объеме. Претензия к сроку исполнения договора подрядчиком также судом была отклонена, так как было установлено, что произошло это по вине заказчика, несвоевременно исполняющего график платежей, согласованный сторонами в договоре (ч. 2 ст. 705 ГК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 330 ГК РФ суд посчитал правомерным начисление неустойки за односторонний отказ от исполнения договора (неисполнение договора) и встречный иск удовлетворил в полном объеме, отказав в первоначальном.

Решение суда первой инстанции было обжаловано в апелляции, и тройка судей пришла к совершенно противоположным выводам, решение отменила и приняла новый судебный акт.

Вопреки ожиданиям апелляционный суд не посчитал договор смешанным, выделив в нем условия о подряде и условия об оказании услуг. Апелляционный суд постановил, что договор между сторонами на создание сайта - договор услуг.

В своем Постановлении суд указал, что договор следует квалифицировать как договор возмездного оказания услуг, поскольку предмет договора не предусматривает изготовления или переработки (обработки) вещи либо другой работы с передачей вещественного результата заказчику (ст. 703 ГК РФ), а договором предусмотрено выполнение услуг по разработке интернет-сайта, который предполагает создание совокупности электронных документов в компьютерной сети, объединенных одним интернет-адресом, то есть, по сути, подпадает под определение услуг по смыслу ст. 779 ГК РФ. Кроме того, суд посчитал, что спор между сторонами в данном случае возник по объему оказанных услуг и, как следствие, по их стоимости. Выделив промежуточные этапы, которые заказчик принял, суд посчитал, что 50% работ последнего этапа интернет-компанией исполнены не были, и постановил возвратить уплаченные за это 50% от суммы оплаты седьмого этапа работ заказчику, отказав во встречном иске о взыскании неустойки полностью. Довод интернет-компании о невозможности разместить сайт на хостинге заказчика без его предоставления последним апелляционный суд, как и истец, оставил без внимания, посчитав, что ответчик доказательств оказания истцу по спорному договору услуг в большем объеме не представил.

Таким образом, апелляционный суд пришел к выводу, что договор на создание сайта не может быть договором подряда, так как его конечный результат нематериален. Этот вывод сомнителен и сейчас обжалуется в кассационном порядке.

Так, по аналогичному делу N А60-14209/2012 АС Свердловской области названное сторонами договором оказания услуг по созданию интернет-сайта соглашение было квалифицировано как договор подряда, дело было разрешено с учетом положений законодательства о подряде, и с таким выводом суда согласились и апелляционная, и кассационная инстанции. Своих мотивов о причинах переквалификации суды не указали, однако стороны не заявляли спора по этому поводу и изначально основывали свои требования на положениях о подряде.

А вот в Постановлении ФАС ЗСО от 05.07.2012 по делу N А81-3701/2011 суд, разрешая спор о квалификации договора, указал: "По договору подряда ценность для заказчика представляет результат работ, в договоре на оказание услуг ценностью для заказчика являются сами действия исполнителя, не приводящие непосредственно к созданию вещественного результата". Здесь также фигурирует "вещественный результат", что, однако, необходимо понимать в контексте дела. Ведь интернет-сайт также может быть овеществлен, например, путем распечатывания всех его страниц и кодов на бумаге - носителе материальном.

Есть мнение, что обсуждаемый договор нельзя назвать ни договором услуг, ни договором подряда, что он подлежит регулированию ч. IV ГК РФ.

Конечно, интернет-сайт и программы ЭВМ, электронные базы данных имеют нечто схожее: в результате создается объект интеллектуальной собственности, пусть даже сложный, но здесь все же важнее вопрос о порядке применения ст. ст. 1288 и 1296 ГК РФ к отношениям, вытекающим из договора на создание сайта.

Из положений указанных статей следует вывод о регулировании прав на результат интеллектуальной деятельности и на порядок создания конкретных произведений, то есть их список исчерпывающий.

Положения ст. 1288 ГК РФ не подходят, так как законодатель четко очертил круг областей, в которых трудятся авторы: наука, литература или искусство. Создание интернет-сайта ни к искусству, ни к литературе, ни к науке в чистом виде отнести нельзя. В данной статье законодатель позволяет авторам использовать не только материальный носитель (бумагу, камень, холст), но и иные формы, к которым можно отнести и цифровое пространство (например, для графических изображений, электронных рукописей и т.д.). То есть овеществленный результат на материальном носителе в данном случае уже не так важен, важен результат как ценность.

В нормах о регулировании результатов интеллектуальной деятельности законодатель определяет процесс создания результата как подряд и требует регулирования другим договором. Так, ст. 1296 ГК РФ гласит: "Исключительное право на программу для ЭВМ, базу данных или иное произведение, созданные по договору, предметом которого было создание такого произведения (по заказу), принадлежит заказчику, если договором между подрядчиком (исполнителем) и заказчиком не предусмотрено иное". Законодатель прямо называет лицо, создающее произведение по заказу подрядчиком.

Вывод из таких противоречивых судебных актов и норм права очевиден: законодателю стоит более тщательно проработать вопрос правового регулирования интернет-пространства, признать и конкретизировать тот факт, что результат - это нечто большее, чем вещь, которую можно потрогать руками. А до тех пор суды не понимают, чему больше верить: тому, что любой результат - это благо, которое хотел получить заказчик, или тому, что благо непременно должно выражаться в материальном виде.

Правовая группа "Юрсодействие": Юридические услуги и ведение дел в арбитражном суде http://pgu.guru по взысканию сумм задолженности за выполненные работы, оказанные услуги, авансовый платеж, убытков в связи с нарушением срока выполнения работ.